Безумный Гатс: дорога ярости


Название: Безумный Гатс: дорога ярости
Автор: Бесполезное имя
Бета: fandom Berserk 2015
Размер: драббл, 860 слов
Пейринг/Персонажи: Каска/Гатс, Гриффит, Вувалини и жены Несмертного Джо
Категория: джен
Жанр: кроссовер с "Edge of tomorrow"
Рейтинг: G
Краткое содержание: секс и безысходность.
Примечание/Предупреждения: кинк - кросдерссинг


Она пришла за полночь, когда Южный Крест глядел во все четыре глаза прямо из зенита. Ни слова не сказала, склонилась и молча поцеловала в губы. Властно, почти болезненно, с той силой, которая пронизывала все ее движения.

Он подумал и решил ответить. Знал, что ей нужно, и вдруг понял, что хочет того же.

Давно не было. Очень давно. Уже забыл, когда. Забыл, как выглядела. Помнил только упругие непокорные кудряшки и фруктовый аромат духов.

Теперь они с Каской были острижены одинаково коротко, пахли тоже одинаково: многодневным потом, машинным маслом, бензином, пороховой гарью, кровью, кожей и молоком.

И чем-то еще, что отличало все-таки его запах от ее запаха.

Женщиной.

Она пришла, завернутая в одеяло, сбросила – под свалявшейся шерстяной тканью оказалось только ее тело. Сильное, покрытое шрамами, прекрасное. Он стиснул руками груди – на удивление тяжелые, но никогда не кормившие. Торопливо высвободился из куртки и рубашки. Песок медленно отдавал тепло.

Когда ее ладонь коснулась его соска, когда пальцы сжались, — застонал. Как давно этого не было. Как давно ничего не было, кроме песка и крови и дыма и отчаяния.

Она пришла, потому что была в отчаянии. Он тоже. Но в этом состоянии он жил, сколько себя помнил – а Каска испытала его по-настоящему только сейчас, когда оказалось, что страны ее детства нет больше, что от нее остались только Валькирия и три иссохших старухи. Когда выяснилось, что раненый, ради которого она бежала из Цитадели, искалечен до полной неизлечимости.

Кем он был ей, этот перебинтованный вдоль и поперек обрезок человека? Из коротких фраз, которыми обменивались пятеро жен, выходило, что Гриффит – парня звали Гриффитом, — наравне с Каской служил Несмертному Джо, водил в бой его чокнутых воителей с посеребренными ртами, но крепко проштрафился: Джо поймал его в кровати с Роскошной Ангарад. Ангарад пощадили только потому, что она уже носила ребенка, и это точно было дитя Джо. Гриффита запроторили в самую глубокую и темную из дыр скального города, и Джо пытал его несколько месяцев. Какими правдами и неправдами Каска сумела выцарапать его, как вывезла на своей боевой фуре – этих подробностей он так и не узнал, да и не хотел знать. Он собирался пройти через жизнь Каски так же, как проходил через жизни других людей.

Тех, кого он не спас.

Волосы в паху Каски топорщились упруго, щекотали пальцы, погруженные в скользкое тепло. Плоть раздавалась и набухала, выделяя остро пахнущий сок. Ей трудно было одной рукой справиться с застежкой его штанов, он помог, высвободил собственное тело – тоже набухшее, тяжелое, жадное. Каска мгновенно оседлала его, даже не помогая себе руками. Застонала глухо, стискивая собой, поглотила, задвигалась, то отпуская, то вбирая. Он лежал, наслаждался бездельно какое-то время, но жажда действий взяла свое – ухватив Каску за бедра, он сел, приподнялся и перевернулся, подминая ее под себя, и теперь они двигались вместе на остывающем песке, ритмично и сильно, как поршни восьмицилиндрового четырехтактного двигателя под капотом боевой фуры. У каждого в паху загоралась искра, меленькие взрывы удовольствия сливались в крещендо моторного рева, и, наконец, разрядились оба: сначала она, прогнувшись, застыла, упираясь обрубком руки ему в грудь и царапая спину ногтями, а потом выплеснулся он, с последним усилием прижавшись к ней так тесно, словно хотел войти в нее навсегда, кануть в утробу и там забыться…

Потом они лежали рядом, остывая, как этот песок.

— Гатс, — тихо сказал он. – Меня зовут Гатс.

Каска приподняла голову с его плеча и посмотрела в глаза.

— Зачем это мне?

Он сам не знал. Подтянул штаны и сел.

Раненый застонал в кабине. Каска немедленно подхватилась и побежала к нему. Как есть, голая, даже не завернувшись в одеяло.

Гатс усмехнулся. Он не строил иллюзий. Каска пришла к нему в эту ночь, чтобы не покончить с собой. Других ночей не будет.

Внезапно эта мысль показалась… досадной.

Он лежал, закрыв глаза, слушал, как хихикают за гребнем дюны Даг и Знайка. Небось, все пальчики себе стерли, глядя на нас…

Каска выпрыгнула из кабины и снова подошла. Потянула на себя одеяло.

Он придержал.

— Слушай… Не знаю, как и сказать, но… ты и сама понимаешь. В пустыне он не выживет. Цитадель – единственное место на много, много тысяч миль вокруг, где можно ему помочь. А почти вся охрана Цитадели торчит сейчас на том краю болота. Понимаешь, о чем я?

Каска перестала тянуть одеяло на себя. Он отпустил и Каска завернулась, села рядом.

— Прорваться через них и захватить Цитадель? – девочка схватывала на лету, недаром была у Джо вторым императором после Гриффита.

— Точно.

— Да ты спятил.

— Шансы не так уж плохи. Не хуже, чем катить с калекой и старухами через солончаки в полную неизвестность. Кроме того, теперь у тебя на пять стволов больше.

— На пять? – она повернула голову.

— На пять, — кивнул он. – В ущелье отцепим и перевернем цистерну. Это их задержит. А дальше Цитадель. Неприступная крепость.

— Гриффит взял ее. Для Джо.

— А теперь ты отстоишь ее. Для себя, — Гатс повел рукой в сторону дюны, за которой устроились на ночлег жены Джо и Вувалини. – Для них. По рукам?

Несколько секунд она смотрела на протянутую ладонь. Потом сжала ее тонкими сильными пальцами.

— По рукам.

Фура взревела вдруг, дрогнула и пошла на разворот. Каска вскочила, не веря своим глазам и ушам. Гатс уже бежал, то и дело оступаясь на песке, к ближайшему мотоциклу. Как обычно, тело соображало быстрей разума. Он не знал, что стукнуло в голову Гриффиту и как у того вообще хватило сил завести фуру – но всей шкурой понимал, что перехватить его нужно прежде, чем фура скатится к болоту. Иначе случится беда.

Большая беда…

Конец.