Красота - страшная сила


Название: Красота - страшная сила
Автор: ju1a
Бета: Китахара, Angrem
Размер: мини, 1253 слова
Пейринг/Персонажи: Гатс, Гриффит
Категория: слэш
Жанр: юмор
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: подготовка к специальной операции. Очень специальной.
Примечание/Предупреждения: кинк - кросдерссинг


— Может, не надо? — в который раз безнадежно спросил Гатс. Ответ он уже знал, но упорно продолжал биться лбом в стену. Где-то глубоко Гатс верил, что она рухнет, и упорство будет вознаграждено. Пока что успехом и не пахло.
— Надо. — Гриффит наклонился к зеркалу, вглядываясь в отражение. Взял заточенную палочку и, макнув ее во что-то, напоминающее густую грязь, провел по верхнему веку. Обернулся к Гатсу, моргнул. — Ну как?
— Ужас, — честно ответил Гатс. — У тебя теперь рожу перекосило.
— А теперь? — Гриффит закрыл ладонью половину лица с неизуродованным глазом.

Гатс прищурился, честно пытаясь оценить результат.

— Извини, но дерьмово. Ты похож на блядь.
— Так и задумано.

Гриффит опять макнул палочку и нарисовал узкую длинную линию на втором глазу, поморгал, привыкая.

— Ну? Что скажешь?

Взгляд у Гриффита сделался зовущий и томный, распутный, как у кошки. Ну кто бы мог подумать, что две паршивые полоски так меняют человека. Нормальный же мужик был.

— Все равно похоже на блядь.
— Вот и отлично.

Гриффит взял щеточку, осторожно погрузил ее в черное и липкое, широко распахнул глаза и провел краской по ресницам. Гатс, скривившись, будто от зубной боли, наблюдал, как щетина скользит у самого глазного яблока. Это было мерзко, но почему-то завораживало. Когда Гриффит закончил, ресницы у него были густые, длинные и загнутые, как решетка в забрале шлема. Он и смотрел так же — как в бою, перед атакой, через ресницы, словно через опущенное забрало. Гатс сглотнул.

— Может, не надо?
— Мы это уже обсуждали. Я прохожу через караул, знакомлюсь с генералом, ухожу с ним в палатку…
— Да хватит, я помню все! Но это дерьмовый план.
— А мне так не кажется, — Гриффит развернулся к зеркалу и невозмутимо принялся возить штукой, похожей на отрубленный кошачий хвост, по лицу. Пудра сыпалась на его грудь и плечи, на стол, на пол. В палатке удушливо запахло розами.
— Дерьмовый! Тебя там прикончат, как корову на бойне. Точно тебе говорю. Самоубийство, а не план.
— Не прикончат, — Гриффит улыбнулся зеркалу и подмигнул. Ресницы скользнули вверх-вниз, схлопнувшись чуть ли не со стуком. Гатс почувствовал, что у него вспотели ладони. Приличная девушка… приличный человек не должен так подмигивать. Всего-то немного сурьмы, а Гриффит уже не воин, а черт знает что. Правильно проповедник говорил, что все зло — от пудры и красок. Ох, правильно.
— Ты там будешь один на несколько тысяч мужиков. Ты об этом подумал? Куда саблю денешь? Под юбку сунешь?
— Во-первых, я там буду не один, а с генералом. Во-вторых, ты недооцениваешь эффект, который производят молодые привлекательные девушки на мужчин. Красота, мой друг, это страшная сила.
— Как по мне, бомбарда вернее, — Гатс всегда был сторонником простых и очевидных решений. Чем меньше деталей, тем меньше шансов, что механизм сломается.
— Не всегда. — Гриффит взял еще одну кисточку, повозил ею в баночке с красной краской. И медленно, старательно намазал этой самой красной краской губы, отчего они стали яркими, пухлыми и блестящими. Такими, что в голову лезли всякие мысли, далекие и от войны, и от генералов.
— Гриффит, я тебе уже говорил, что ты похож на блядь?
— Два раза.
— Значит, будет третий.

Гриффит встал, взял с кровати тщательно разложенное, чтобы не помялось, платье.

— Ну-ка помоги. Тут крючков дочерта, я до ночи сам не управлюсь.

Гатс помог ему влезть в странно сконструированные слои ткани, распутывая их, будто лепестки закрытого бутона, расправляя и прилаживая, стараясь ничего не оторвать и не испачкать. Когда наконец платье оказалось на Гриффите целиком и так, как надо, а не с завернутым на голову подолом, Гатс был потным, как конь после боя.

— Готово. И как бабы это все время носят? Пиздец же, а не шмотки.
— Красота требует жертв, — Гриффит расправил манжеты, поднял руки, привыкая к ощущению. — Но вообще ты прав. Пиздец же.
— Конечно, прав. Не ходил бы ты, а? Он же тебя лапать будет, точно говорю!
— И что ты предлагаешь? Это лучший вариант из всех возможных. Мы можем принять бой, который нам навязывают, и положить кучу народу ни за собачий хвост. А можем воспользоваться тем, что генерал любит высоких блондинок, а на юге только маленькие пухленькие брюнетки, и мужик изголодался так, что кулак уже дымится. Так пускай умрет счастливым! Вот посмотришь, красота — оружие не хуже меча, — Гриффит улыбнулся кроваво-красными губами, ресницы его затрепетали, как стяги на ветру, и сердце Гатса ухнуло куда-то вниз, в живот и еще ниже. Вот же чертово шмотье, что с людьми делает. И краска. Весь грех от краски. Гатс глубоко вдохнул, вытер потные ладони о штаны.
— Мне это не нравится.
— Главное, чтобы понравилось генералу. — Гриффит взял с подушки очески овечьей шерсти и принялся сосредоточенно набивать ими лиф, старательно придавая груди нужную форму. Вскоре то место, где у всех баб сиськи, вздыбилось двумя ласкающими взгляд округлостями абсолютно натурального вида. Так и хотелось протянуть руку и пощупать, правда ли они такие мягкие, как кажутся. — Там сзади шнуровка, затяни-ка потуже корсет, будь другом.
— А? Что? Да, — Гатс ухватил за веревочки и потянул. Гриффит полузадушено охнул, ткань затрещала.
— Сдурел?! Полегче! Не телегу из грязи тянешь!
— Извини. Слушай, а может, пускай идет Каска? Смотри сам. Во-первых, она — баба. То есть девушка. Во-вторых, если кто ее полапать решит, так она ему руки по локоть отгрызет, даже без оружия. Ну, и она баба.
— Ты повторяешься.
— Похрен. Она все равно баба.
— Она брюнетка. Смуглая брюнетка, если ты не заметил. А единственная привлекательная блондинка в отряде…
— Это ты. Я помню. Но мне это не нравится. Не ходи, а?

Гриффит коротко рассмеялся, звук получился каким-то низким, горловым, бархатным, от него мурашки бежали по загривку. Гатс передернул плечами.

— Все будет нормально. Войду, обращу на себя внимание, зайду в палатку, ткну генерала шпилькой в глаз, выйду через полчаса и скажу, что командир приказал до утра не беспокоить. Все. Просто, как с коня упасть, — Гриффит провел расческой по волосам, запустил пальцы в локоны, поднимая их в высокую прическу. — Как думаешь, сколоть или так оставить?

Гатс смотрел на полоску обнажившейся шеи над кружевным воротником платья.

— Ага.
— Что — ага? Сколоть? Или оставить?
— Да.
— Значит, сколоть?
— Ага.

Гриффит ловко вонзил шпильки в завитки волос, стягивая их во что-то вроде ласточкиного гнезда. Локоны по бокам серебряными змеями сползали на шею.

— Ну как?

Гатс сглотнул. Слюны не было.

— Ага.

Гриффит облизал губы, изогнулся перед зеркалом, стараясь заглянуть себе за спину.

— А знаешь, мне нравится. По-моему, отлично получилось. Я бы меня трахнул. Точно трахнул. А ты?
— Ага. То есть будь я генералом. Да.

Гриффит открыл еще какой-то флакончик, мазнул крышкой по шее и по груди. Запахло цветущим лугом, и булочками, и медом. Гатс стоял, опустив руки, и дышал тяжело, шумно, со свистом втягивая в себя воздух. Сердце ухало где-то в висках, билось в глотке — и совсем уж внизу, где биться никак было не должно. Гриффит подошел ближе, шурша юбками по полу. Глаза у него горели холодным кошачьим огнем, а губы были красными и блестящими, будто намазанными вишневым вареньем.

— Может, мне немного потренироваться? Поможешь?
— Что?
— Перед женской красотой, конечно, не устоит даже вся армия Тюдора. Но хотелось бы немного практики.
— В смысле?
— Представь, что я девушка.
— Ага.
— Представь, что я красивая девушка.
— Да.
— Представь, что ты меня хочешь.
— … Да…
— Ну, ты генерал! Действуй!
И Гатс наклонился, ударившись лбом о Гриффитову макушку, смял поцелуем эти невозможные красные губы, слизывая сладкую, липкую краску. Он шарил руками по спине Гриффита, тискал его и мял, вжимая в себя, а когда отстранился, то оказалось, что прическа у того растрепана, шпильки торчат, будто копья обороняющегося отряда, а накладная грудь сползла куда-то набок, на ребра.

— Черт. Извини. Я…

Гриффит ухватил его за ворот рубашки, дернул на себя, подсекая одновременно ноги, и они повалились на кровать, сбивая на пол подушки.

— Заткнись. Это война. Я должен быть готов ко всему.
— Да.
— Именно. Слушай задание. Представь, что ты генерал Тюдора. Представь, что ты наедине с блондинкой.
— Красивой блондинкой.
— Да.
— Которую я хочу.
— Да.
— Представил.
— Ну так действуй. Должны же мы быть уверены, что план сработает.

Конец.